Политконсалтинг. Как определить его эффективность? - ИЗБАСС|| Интернет-журнал для тех, кто делает выборы. Политтелеграф.

Современный массовый российский избиратель с одной стороны, панически боится перемен (как бы не стало еще хуже), с другой стороны, с надеждой ждет изменений к лучшему. Чтобы понять природу этого парадокса, проследим, как менялись политические вкусы российских избирателей с конца 80-х годов ХХ века по сей день.

Опьяненный перестройкой, окруженный социальной защитой и уверенный в незыблемости мощи своей страны (даже несмотря на продовольственные талоны) электорат горбачевских времен испытывал тоску по новым, небывалым зрелищам и острым ощущениям. Народ жаждал самых запретных плодов. А что может быть запретнее, чем потрясти основы мира, в котором живешь!

Об ответственности за возможные неудачи не было и речи. Массы свято верили, что впереди их может ждать только лучшее (что уже завтра все станут богатыми и счастливыми). И с радостью пилили сук, на котором сидели. В яркие лозунги и изобличения старого мира верилось так легко, что под этим соусом публика жадно проглатывала порой абсолютную ложь и чушь. Народ был крайне политизирован (оставаясь при этом политически неграмотным), хотел всего и сразу.

Под эти-то настроения в конце 80-х — начале 90-х в политике появилось много новых лиц. Именно яркость и новизна была тогда востребована. На выборах побеждали те, кто яростнее изобличал старое, а так же те, чьи «программы» обещали наибольшие перемены в наименьший срок (завалить магазины ананасами и красной икрой через полгода, построить капитализм за 500 дней и тому подобное).

Прошло всего несколько лет. И вот избиратель середины 90-х, вдоволь нахлебавшийся последствий собственного безумия, напуганный переменами, хочет вернуться назад. В старый мир, теперь кажущийся уютным и спокойным.

Именно на середину 90-х годов приходится пик популярности преемницы КПСС — КПРФ, возглавляемой Г. Зюгановым. Как Б. Ельцин ухитрился «победить» его на президентских выборах 1996 года — видимо, еще когда-нибудь будут разбираться юристы и историки. Ясно только, что лидер КПРФ, испуганный и растерянный не меньше (а может и больше), чем его избиратель, был рад отказаться от своей победы.

И вот сейчас, в начале ХXI века мы видим новый тип массового избирателя (здесь опускается разговор о «профессиональных избирателях», так как их природа не имеет ничего общего с политикой, и, к тому же, эта категория составляет меньшинство от всех имеющих право голоса).

Теперь народ в равной степени боится и непонятных экспериментов, и возврата к старому. Он хочет возрождения России, понимает, что для этого нужны перемены и одновременно боится этих перемен. Желание россиянина парадоксально: он ждет новых политиков и в то же время хочет, чтобы эти политики были уже проверены в работе, которую им еще только предстоит делать.

В свете этого на практике либо переизбираются старые руководители, либо все чаще реализуется следующая схема. Народ выбирает на конкретную должность (Президента, Губернатора…) того кандидата, который фактически уже до выборов выполняет функции этой должности. Например, будучи исполняющим обязанности, или занимая пост с близкими функциями, курируя соответствующие вопросы. Нередко такой человек предлагается в качестве преемника предшествующим руководителем. Так был избран Президентом В. Путин в 2000 году. Подобным образом избирались, например, губернаторы А. Ткачев, В. Матвиенко.

Правда, от старых лидеров трудно ждать новых решений наших повседневных проблем. Не будем говорить, что это невозможно, так как меняются условия, и привычный руководитель может по-новому проявить себя (чего ждут сейчас от В. В. Путина). Но все же, это скорее исключение, чем правило. Отсюда и тезис о бессмысленности голосования, и растущее безразличие россиян к выборам и политике вообще.

Поэтому многое сейчас зависит от личности лидера, в первую очередь, Президента.

В связи с этими наблюдениями напрашивается следующая аллегория. Беспечный (относительно, конечно) советский народ, подхвативший лозунг «Партия, дай порулить!», похож на романтиков, которые пускаются в плавание, одержимые жаждой приключений и уверенные, что их ждут острова сокровищ (конец 80-х — начало 90-х). Но корабль оказался дырявым и в открытом море стал тонуть. Это вызвало панику, желание во что бы то ни стало вернуться к знакомому берегу, что — увы — уже невозможно (середина 90-х). И вот, российский избиратель XХI века напоминает горе-моряков, плавающих в открытом море, судорожно вцепившись в обломки корабля своих надежд, потеряв всякий ориентир.

Так же, как потерпевший кораблекрушение держится за крепкую доску, держится наш народ за более-менее нормальных руководителей, не предпринимая никаких попыток к спасению со своей стороны. При этом он верит, что кто-то его спасет.

Подавляющее большинство российских политиков (включая Президента) в своей работе учитывают только одну половину ожиданий избирателей: либо желание стабильности, либо надежду на перемены. Тот, кто сегодня сумеет удовлетворить весь комплекс противоречивых (на первый взгляд!) чаяний народа, получит неоспоримое преимущество.

РАКУРС

28.03.04.

За кого голосуют

россияне?

Интересный взгляд

на проблему

питерских

политологов

<---ЗДЕСЬ

НАВЕРХ